йа

девять сигарет

Как пел сержант Мытарин Гена:
«В моем саду цветёт гангрена
в моем саду не счесть цветов
— зарин, зоман, другие ФОВ.
В стене листвы блестят глаза
и виноградная лоза
бежит в страну
чудесных снов
— их до смерти
смотреть готов».
Так пел Мытарин Гена
— враль необыкновенный.
Ведь что на самом деле?
Нет никакой лозы
нет никакого сада
нет никакой травы
нет никакого неба
и Гены тоже нет
есть лишь пары фосгена
и девять сигарет.

йа

провода

Пока все смотрели
«Рабыню Изауру»
мы с братом
залезали в котлован
рядом с домом
и срезали созревшие
цветные до ужаса
телефонные провода
которые росли
из сырых земляных
стен котлована.
Просто пучками брали
и резали обычным ножом.
Лезвие тускло блестело
под фонарём.
Брат что-то шептал
себе под нос
наматывая срезанные
провода на посиневшую
от жалости ладонь.
Урожайный был год.
Красивые были ручки
в разноцветных коконах
из телефонных проводов.
Ночью из ящика
россыпью
было слышно
«алло, алло»
«как оно»
«привет»
«пока».
Сначала громко
мешая спать
а потом всё тише
пока не заглохло совсем.
Через два года
«Рабыню Изауру»
центральное телевидение
показало вновь
по просьбам телезрителей.
Но котлована
уже не было
и брата тоже
уже не было.
А ручки опустились
медленно
на сучковатое
фанерное
даже теоретически
невозможное
в своей бесконечности
дно.

йа

турманы

Скоро осень. Взросляки говорили мне:
«Не корми демонов в своей голове
не делись планом с незнакомыми фраерами
верь только себе и своей родной маме».
Сидя на лавочке, взросляки говорили нам:
«Только староказацкие турманы нужны пацанам
Только пуля пацана в злое сердце ранит
Только пуля пацана в злое сердце бьёт».
Саня Маслёнок хотел соскочить на условку
но получил фигурной отвёрткой в живот.
Витя Мороз перед армией заработал ЧМТ
ограниченно годен и т. д., и т. п.
Толик Басмач его видел позже в том же году
Витёк брал соседний ларёк, тряся головой
орал продавщице, мол, окошко открой
вертелся на месте как турман, кричал мусорам
что всё покатилось к хуям.
А время текло бесконечной рекой
и тлела в Цеткин шала.
Казалось, что она
будет тлеть
бесконечно
но внезапно
потухла,
когда умерла
моя
ма

йа

песня марсового

(неосознанный перевод пиратской песни XVIII века)

У смерти упругие груди
и есть кой-какой капитал
и если она позвала бы в супруги
отказывать я бы не стал.
У смерти есть дом с огородом
в далёком графстве Бристоль
и доля в портовой таверне:
портвейн с сухарями и соль.
Всё лучше, чем пухнуть на марсе
от бесконечной цинги.
У смерти отличные сиськи
и две деревянных ноги.

йа

цех № 9

Сегодня наш отряд идёт
в девятый мясосборный цех.
Нам обещали показать
как первородный смех
мешают грязным сапогом
и сверху ставят гнёт.
Ну а потом, ну а потом
нам пьяный мастер цеха
вот этого вот цеха
откашлявшись от смеха
тихонечко споёт:
«Я был когда-то сраный
солдатик оловянный
служил в такой-то роте
носил я миномёт
теперь я просто пена
я серая гангрена
я скучная измена
я гвоздь обыкновенный
того видал я рот.
Ведь каждый кусок мяса
хоть лейтенант запаса
хоть генерал в лампасах
любая биомасса
прямо сейчас гниёт
и наша мясосборка
со знанием и толком
на столько и полстолько
и вот ещё на столько
стране запчасть сырую
исправно выдаёт».

йа

мамка

Когда в город войдут танки
не пугайся, не кричи
позови на помощь Мамку
вспомни, как нас всех учил
военрук по кличке Вечность
без руки и в орденах:
сядь на ровную поверхность
напрягись до звёзд в глазах
прошепчи как можно тише
«Мамка, Мамка, помоги»
через пять минут услышишь
Мамки тихие шаги.
Вот идёт она по скверу
вот свернула в гаражи
по заводу полимеров
где щетинятся ежи
по проспекту Профсоюзов
где окопный пьют кисель
Витя Рыжик, Санька Тузов —
вся районная артель.
Тащит Мамка свои санки
в санках Санька видит сны
слепнут пушки, глохнут танки
Вечность смотрит на часы.

йа

губернатор

Но подмышкой у зимы, в самые тёмные её дни, город наконец-то успокоился, опустел, быстро и крепко заснул. Нулевая температура и немного выше, совсем чуть-чуть, на миллиметр-другой, всех убаюкала — даже Игорёша спал всё время, даже Полька и Данька целыми днями дремали и почти не вылезали из своей угловой каморки, поэтому папа старался ходить как можно тише. Шепотом хожу, как кошка — смеялся он, будто кашлял, в кулак, сидя поздним утром под столом. Ломал картон, подсовывал его под поленья, на которых лежала большая темно-серая кевларовая плита. Та постоянно качалась, расплескивая всё, что стояло на ней, и нам всем было неудобно, но только не папе. Перебравшись на диван, он тихонько ойкал, обжигался о тусклый край кружки, в которой плавились комья свекольной копченой земли. Липкая, даже спустя два месяца после сбора, земля лежала в углу большой комнаты, у окна, сохла тонким слоем на мешках из-под довоенной муки. Кировское шоссе, за которым мы все вместе собирали этой осенью землю, наконец-то остыло. Лопнуло однажды изнутри, что-то вытекло, потекло и чуть позже, под дождем превратилось в мягкий и упругий, прохладный и приятный для босых ног, ковер. Вероятно — говорил папа — мы бы теперь голодали, если бы оно не вытекло и не застыло аккурат к сроку. Куда в обход, что вы — машет руками папа — это с тяжелой землей, да через центр города? Даже не думайте, бросьте. 

Collapse )
йа

техника плавания брассом

В моём новом рассказе
губернатор Н-ской области
запершись на заброшенной военной базе
с двумя трясущимися заместителями
слушает, как капает вода
из прохудившегося казённого бака.
Но слышит совсем не это.
Он слышит, как лижет его в нос добрая собака
как о чём-то за стеной спорят родители
как вспухает на кухне бесконечное тесто.
Он смотрит на то, как ворота базы
вырывает с мясом грузовик с бородачами в кузове.
Но видит совсем не это.
Он видит, как несут его желтого деда
на руках мокрые люди
как мокрые люди сидят за столом
сначала не прикасаясь к посуде
потом постепенно высыхают
краснеют, развязывая галстуки
гремят тарелками, как на школьном завтраке.
Мама ведёт его в гулкую комнату
где солнечные пятна на стенах тают
где добрая собака прыгает вокруг радуется
и штурмовая винтовка отрывисто лает
а что-то большое ей отвечает уверенным басом
пыль из стен выбивая.
Губернатор плывёт по плотному воздуху коридора
размеренным брассом
выполняя симметричные движения ногами и руками
пытается успеть заплыть за угол
но не успевает.